Бугатти шерон топ гир: Bugatti Chiron Super Sport 300+: Назло рекордам


0
Categories : Разное

Bugatti Chiron Super Sport 300+: Назло рекордам

Большинству людей для счастья вполне достаточно тех 420 км/ч, которые развивает “обычный” Chiron. Однако в мире гиперкаров быть самым быстрым – важнейший фактор продаж. Тут все однозначно: ты либо быстрее всех, либо нет. За последние годы борьба за максимальную скорость между SSC (среднее значение при заезде туда-обратно 412,28 км/ч, 2007 г.), Hennessey (среднее 435,31 км/ч, 2013 г.) и Koenigsegg (максимальное 457,94 км/ч, среднее 447,19 км/ч, 2017 г.) вплотную п­риблизилась к заветному барьеру. Кроме того, в 2010 году в этой битве Bugatti потеряла корону и мечтает вернуть ее обратно.

“Быть быстрее всех – не совсем правильное выражение, – указывает директор по развитию Bugatti Стефан Эллрот. – Мы говорим «раздвигать границы», и это любимое занятие Bugatti. На сегодня 300-мильный барьер для гиперкара – та самая граница, которую мы хотели бы отодвинуть. Обычно с такой скоростью летают самолеты, поэтому важно убедиться, что автомобиль останется на земле и будет вести себя стабильно. Водитель должен быть уверен в том, что может вести машину без риска”.

Конечно, мы не специалисты, но разве вентилятор радиатора не должен быть внутри машины?

С таким напутствием шесть месяцев назад инженеры Bugatti, Michelin и Dallara собрались вместе, чтобы создать машину, способную на такое. И у них получилось нечто фантастическое. Это не просто Chiron. Прототип Super Sport 300+ на 25 см длиннее и выглядит элегантно, но угрожающе. Его клиренс контролируется лазером и сведен к минимуму, создавая впечатление, что автомобиль слит с асфальтом в единое целое.

Длинная корма с уменьшенным поперечным сече­нием перечеркнута двумя вертикальными парами выхлопных патрубков (впервые такое решение было применено на ограниченной спецверсии Centodieci). Они отводят выхлопные газы как можно дальше от кузова и тем самым ослабляют их влияние на аэродинамику. Субъективно же они делают внешность Chiron еще более драматичной, целеустремленной и устрашающей.

Для снижения сопротивления с машины сняли заднее антикрыло и аэродинамический тормоз, заменив их сдвинутой назад статичной конструкцией. Загадоч­ным образом команде дизайнеров удалось оформить все это в такую красоту, что рядом с ней стандартный Chiron выглядит обрубком.

На максимальной скорости Chiron теоретически мог бы доехать от Москвы до Санкт-Петербурга за каких-то два часа

“Самое сложное – собрать все воедино, – говорит магистр искусств и главный дизайнер экстерьера Bugatti Фрэнк Хейл. – Недостаточно сделать правильную аэродинамику, мотор или шины: важно, чтобы они правильно работали вместе”.

Внутри сверхскоростного Chiron место удаленного пассажирского кресла занято сложнейшими компьютерными системами. Пилот защищен полным каркасом б­езопасности и специальным сиденьем. Кроме того, к­онструкторы облегчили все, что можно было облегчить.

Поскольку скорость зависит не только от аэродина­мики, но и от мощности, прототип Super Sport получил особенный двигатель с собственным именем – “Тор”: 8 литров объема, компоновка W16, 4 турбины и засекреченное количество лошадиных сил. Впрочем, новая в­ыхлопная система не может скрыть эту тайну: на максимальной скорости мотор буквально оглушает реактивным ревом. Невероятные высоты инженерного мастерства Bugatti подтверждаются тем, что коробка передач и полный привод здесь остались стандартными.

На первый взгляд задача превысить максимальную скорость Koenigsegg на 16 км/ч покажется легкой. Добавить мощности, убавить веса, снизить сопротивление – и победа в кармане, верно? Реальность выглядит иначе. На подобных скоростях каждый дополнительный километр в час требует огромных изменений. Силы, воздействующие на каждый элемент автомобиля, растут в геометрической прогрессии. Взять хотя бы колеса: ц­ентробежная сила создает эффект гироскопа, который может перегрузить обычный, рассчитанный на 420 км/ч рулевой механизм до такой степени, что выровнять машину после поворота может оказаться нереальным.

Кроме того, чтобы удержать автомобиль на земле, недостаточно просто навалить на него побольше прижимной силы. С нею растет сопротивление воздуха, а также существенно увеличивается температура шин. Поэтому группе инженеров пришлось решить задачу по уравновешиванию двух тонн подъемной и двух тонн прижимной силы, стремящихся разорвать шасси пополам. При правильном балансе в момент рекорда масса машины остается как в статике, что снижает и нагрузку на шины, и шансы на реализацию сценария “БАЦ! Прыжок. Видим Вольфсбург. БДЫЩ! Реанимация”.

“Должно быть, многие хоть раз разгонялись до 240 км/ч, – предполагает Энди Уоллес. – Но прибавив к ним еще 50, вы попадаете в совершенно другой мир. А 320 км/ч – это намного быстрее, чем 290. Поэтому когда мы говорим о 480 км/ч, то это уже громадный прыжок вперед”. И ему стоит верить, потому что Энди поставил немало рекордов скорости, в том числе на Jaguar XJ220 и McLaren F1. И вот сейчас перед ним стоит задача р­азогнать Chiron свыше этого рубежа.

После 18 месяцев работы над машиной, в безветренный солнечный день 2 августа Энди выходит из бэнкинга в Эра-Лессине со скоростью 426 км/ч и проносится мимо инженеров на 436 км/ч. Успешно преодолев стык покрытий на 455 км/ч, он разгоняется еще 57 секунд и незадолго до бэнкинга достигает максимальных 490,48 км/ч. Эта скорость подтверждена немецким бюро технической инспекции TÜV, что делает ее новым рекордом для Энди и прототипа Chiron. Сам Энди реагирует на это событие со своей обычной невозмутимостью: “Это было действительно чертовски быстро”.

Дело сделано, можно выдохнуть. В понедельник снова за работу

Диванные критики не сочтут это достижением, но главное здесь – уровень технического мастерства. Все новые поколения Chiron станут лучше благодаря тому, что удалось изобрести соавторам этого проекта. Ну а для конкурентов все только начинается: кому-то предстоит первым показать среднюю скорость в 300 миль/ч по двум направлениям и забрать себе официальный кубок.

РЕКОРДЫ СКОРОСТИ: НЕ ВСЕ ТАК ПРОСТО

Скорость – это же просто цифра? И да, и нет…

Мир скоростных рекордов – не та площадка, где все играют по одним и тем же правилам. Создание автомобиля, способ­ного показать огромную скорость, – это лишь полдела. Я уверен, что не успеет Bugatti объявить о своем достижении, как сеть взорвется воплями о том, что “по настоящим правилам” это вовсе не рекорд.

Да, в Книге рекордов Гиннес­са применяется следующая процедура верификации рекорда скорости: автомобиль должен дважды проехать по одной и той же дороге в прямом и обратном направлении в течение часа, при этом в зачет идет среднее арифметическое двух показателей.

Прототип Chiron Super Sport 300+ проехал лишь в одном. В Bugatti говорят, что десятилетия заездов в направлении по часовой стрелке изменили структуру асфальта, сделав ее анизотропной. Если ехать “против шерсти”, то повышенная зернистость приведет к перегреву шин с понятными последствиями. Обычное двухполосное шоссе лишено подобных недостатков, но у него есть другая проб­лема – отсутствие барьеров безопасности.

К тому же принадлежность к группе VW означает не только финансовую и техническую мощь, но и груз ограничений и мер безопасности, мало подходящий для установления рекорда скорости. Наверняка авторы проекта предпочли бы отправиться в пустыню и оторваться там по полной программе, но VW просто не позволил бы им сделать это.

Правил относительно места рекордной попытки не существует, но от его выбора зависит очень многое. Например, Koenigsegg показал свои результаты (максимальная скорость 457,94 км/ч, среднее значение 447,19 км/ч) в горной части штата Невада. Чем выше местность, тем разреженнее воздух, а следовательно, меньше его сопротивление. Автодром Эра-Лессин расположен почти на уровне моря, так что воздух там примерно на 10% плотнее, чем в Неваде. Ее осложняют и профилированные повороты. Прямой отрезок заканчивается бэнкингом, то есть вы не можете замедляться хоть до завтра, как на шоссе в пустыне. Уоллесу в его рекордном заезде пришлось сбросить скорость с 490 до 200 км/ч на протяжении всего 500 метров. Для такого торможения необходимо не только мастерство, но и очень устойчивая машина.

В правилах также ничего не говорится о вертикальном профиле трассы для рекорда. Эра-Лессин имеет по-немецки скучный, абсолютно плоский рельеф, так что никто не сможет обвинить Bugatti в получении дополнительного преимущества.

На самом деле, чтобы положить конец подобным спорам, нужно собрать всех претендентов на нейтральной территории. И отойти подальше.

Bugatti Chiron VMAX: Жажда скорости…

Скорость относительна. Если вам повезло выбить в этом году отпуск, то вы наверняка сломя голову летели в аэропорт по пробкам, а потом еле ползли в лайнере на 900 км/ч, воюя с откидным столиком и несъедобным обедом, причем некоторые на такой с­корости даже ухитрились посетить уборную. Я к тому, что наше восприятие скорости очень зависит от обстоятельств.

Заявленная скорость Bugatti Chiron Sport составляет 420 км/ч. До настоящего момента развить ее не удавалось никому, кроме тест-пилотов Bugatti. Моя задача (если я успешно пройду обучение на полигоне в Эра-Лессине) – увидеть на спидометре заветное число. Если это окажется под силу бывшему трактористу средних лет из Эссекса, то справится кто угодно.

Чтобы получить доступ на скоростную трассу с ее фирменной 8,5-километ­ровой прямой, я должен пройти курс водительского мастерства Supersport – самый сложный в учебной системе г­руппы VW. Меня встречает директор учебного центра Михал Кутина. Заб­рав со стоянки R8, мы отправляемся на знакомство с легендарным бэн­кингом.

Михал бросает R8 в поворот, разогнавшись до 200 км/ч. На такой скорости машина идеально рулит самостоятельно – что Михал и демонстрирует, сняв обе руки с руля и обернувшись ко мне. Закончив вираж, он переходит на среднюю полосу и разгоняется до максимальной паспортной скорости R8, равной 331 км/ч.

“Вот так, видишь? Все просто, – обод­ряюще улыбается он. – С Chiron будет еще проще: в нем можно спать на скорости 400 км/ч”.

“А на 420?” – нервно интересуюсь я.

Голос Михала становится холодным: “Тоже можно. Но если что-нибудь пойдет не так, не пытайся поймать машину. Просто немедленно тормози изо всех сил и удержись между барьерами. У тех, кто следовал этому совету, все прошло хорошо. Парень, который не послушал меня, попал в больницу, а машину разорвало пополам. Когда я навестил его, чтобы разобраться в случившемся, он сказал, что надеялся выровнять а­втомобиль”.

На этой оптимистичной ноте я пересаживаюсь за руль R8, проезжаю последний отрезок прямой и устремляюсь в бэнкинг на скорости 200 км/ч. Зак­ругленная “стена смерти” длиной полтора километра на такой скорости кажется бесконечной. Я вижу выход из виража, сбрасываю пару передач и плавно перехожу к почти десятикилометровому извилистому сектору возвращения.

“Будь внимателен: на внешней полосе могут быть сосновые иголки, которые снижают сцепление, – предупреждает Михал. – В Chiron лучше избегать даже таких препятствий”.

Мы проскакиваем через второй б­энкинг и отправляем R8 в полет по 8,5-километровому прямому как стрела отрезку. Стоит жаркий солнечный день, и над раскаленным асфальтом струятся миражи. Сначала R8 набирает скорость стремительно, но после 300 км/ч разгон замедляется из-за сопротивления воздуха. На максимальных 330 км/ч становится ощутимым даже легкий ветерок: приходится то и дело корректировать курс. Очеред­ной бэнкинг мы проползаем, как мне к­ажется, с черепашьей скоростью.

“А теперь, – говорит Михал, – я хочу, чтобы ты прошел весь круг на максимальной скорости”.

Я послушно разгоняюсь до 330 км/ч и заправляю R8 в бесконечный левый. Растущая прижимная сила добавляет нагрузки на шины, и вибрация достигает неприятного уровня. Чтобы удержать R8 между линиями разметки на 330 км/ч, нужна хирургическая точность руления и серьезные усилия. Я начинаю планировать на несколько километров вперед и смотрю на каждый ветровой конус, чтобы внести поправки на боковой ветер. “Нормально, пойдет”, – бурчит Михал, уткнувшись в мобильник. С тест-пилотского на английский это переводится как “Отлично, мой чрезвычайно талантливый друг!”

Получив заветную подпись, покидаю автодром на арендованной машине и еду в гостиницу, чтобы насладиться чемпионским ужином из пива и сосисок. Мир вокруг похож на замедленную съемку.

Следующим утром я снова на трассе. На горизонте собираются тучи, а порывы ветра достигают 10 метров в секунду. Чтобы убедиться в этом, уже не нужны ветровые конусы: достаточно посмот­реть, как раскачиваются деревья.

На пит-лейне стоит Chiron Sport. Моим наставником в этом заезде будет легенда Ле-Мана – Энди Уоллес. Пока высоколобые умники с ноутбуками проводят последние проверки, мы с Энди забираемся внутрь и начинаем разучивать последовательность необходимых действий.

Шаг первый: вставить специальный “ключ скорости” в скважину слева от водительского кресла. Шаг второй: разогреть Chiron неторопливой прогулкой по кругу на скорости 200 км/ч. Затем остановиться, перевести селектор в Park и повернуть ключ скорости. Это действие изменит угол атаки антикрыла, снизит клиренс и запустит еще м­ножество сложных процессов. Шаг третий: начать движение плавно, чтобы не сработала антипробуксовочная система, отключающая скоростной режим (а при 1520 лошадях под правой ногой это непростая задача). Добраться до бэнкинга на прогулочных 200 км/ч, внимательно следя за ветром, не трогать тормоз (иначе режим снова будет отменен), ну а на прямой наконец р­вануть. Все просто.

Или нет? Всякий раз на выходе из бэнкинга Chiron чует что-то неладное и сбрасывает скоростной режим. Мы возвращаемся в боксы, и инженеры обнаруживают, что система сигнали­зирует о падении давления в нагретых шинах из-за обдува холодным воздухом при выезде на прямую. В шинах (и в моей нервной системе) поднимают давление, и мы делаем вторую попытку.

На этот раз Chiron с готовностью выпускает на волю все 1520 лошадей. 200… 300… 400 километров в час – у­скорение не ослабевает, перетряхивая все мои внутренности. Кажется, Chiron всерьез вознамерился догнать горизонт.

На скорости в 400 км/ч мы проходим стык покрытий, который тест-пилоты называют “Прыжок”. В обычном режиме он едва ощутим, но сейчас Chiron просто взлетает, а момент приземления чуточку виляет, и мне в голову вовремя приходит совет Энди: “Держи его к­репче”.

Так я и делаю, и мы продолжаем погоню с неослабевающим напором. Покорив “Прыжок”, я чувствую себя более уверенно – особенно когда вижу, что Энди не бледнеет и не молится о том, чтобы перед пассажирским крес­лом выросла дополнительная педаль тормоза. При 410 км/ч под давлением воздуха боковое окно со стороны водителя чуть сползает вниз, и доносящийся снаружи звук делает скорость еще более ощутимой. При 415 км/ч я лихорадочно мечусь взглядом между спидометром и горизонтом, где начинает вырисовываться новый поворот. 418, 421… Даже на этой скорости Chiron достаточно стабилен, чтобы я мог торжествующе стукнуться кулаками с Энди. Теперь главное – отпустить педаль газа так плавно, как только возможно. Уф, я снова могу дышать. Кажется, все это время я задерживал дыхание.

Энди смеется: “Молодчина, отлично! Я никогда еще не ездил пассажиром так быстро”. Первое касание тормоза переводит Chiron из суперскоростного в “обычный” режим гиперкара. Наш спринт ему ничуть не повредил: когда мы возвращаемся на базу, все показатели температуры и давления в норме.

Команда осыпает меня комплиментами, но я прекрасно понимаю, что успех заезда в основном обеспечили гении из Bugatti. Счастливую атмосферу триумфа моментально уничтожает мой наивный вопрос: “Ребята, а можно мне проехать одному?”

С болезненными гримасами на лицах инженеры переходят на немецкий, и их интонации не сулят ничего хорошего, но в итоге они все-таки дают добро на соло. Я повторяю заезд – без чемпиона-наставника рядом и твердо памятуя, что шины уже порядком изношены.

Перед входом в поворот я замечаю, что ветровые конусы стелются уже почти горизонтально, и начинаю размышлять над тем, можно ли написать, что у них стояк. В этих занимательных раздумьях я вписываюсь в бэнкинг, спускаюсь на шестую и затем пятую пере­дачу, а когда впереди распахивается горизонт, выбрасываю из головы все посторонние мысли и жму на газ. Во второй раз разгон Chiron поражает воображение ничуть не меньше. От крепнущего ветра он ерзает по трассе, но для выравнивания не надо крутить руль – достаточно напрячь ладонь.

Пока вы читаете эту подпись, Chiron проедет более 500 метров. Конечно, не этот: это просто фото

Держать акселератор Chiron полностью открытым больше минуты – невероятный опыт. И, хотя мое внимание по-прежнему поглощено миллиметровыми корректировками курса, во второй раз я могу полнее насладиться скоростью, звуком, ощущениями и атмосферой этого события. На спидометре сменяются уже знакомые цифры: 400, 406, 412… Боюсь, на этот раз порывы ветра, сносящие нос Chiron, не позволят улучшить результат. В моей голове начинает работать компьютер, оценивающий тот факт, что центробежная сила меняет геометрию покрышек, делая их асим­мет­ричными, что многократно усили­вает перегрев и связанные с ним риски. На скоростях, с которыми ездит Chiron, математика начинает сходить с ума.

Мучительно медленный набор скорости с 412 до 416 км/ч занимает целую вечность, а потом я словно провали­ваюсь в черную дыру и выныриваю из нее уже с предыдущим рекордом – 421 км/ч. Я раздуваюсь от гордости и так сосредотачиваюсь на том, чтобы не улететь с бэнкинга до самого Вольфсбурга, что пропускаю момент, когда спидометр показывает 423 км/ч. Но регистратор запоминает все: да, я разогнался до 422,94 км/ч.

Chiron остается невозмутимым. А я нет. Мне нужно время, чтобы о­сознать, что я сделал. Пускай скорость относительна, но 422,94 км/ч – это не езда. Это полет, это пилотирование инженерного шедевра, каждая деталь которого безупречна. Когда они сое­диняются в одно целое и ты выстре­ливаешь в горизонт, то испытываешь несравнимые ощущения.

Я возвращаюсь в боксы в состоянии эйфории. До меня начинает доходить, что я только что заслужил звание с­амого быстрого журналиста в мире. Наверное, отныне жизнь будет казаться мне страшно медлительной. Но не пройдет и нескольких недель, как обнаружится, что этот заезд был всего лишь разминкой…

Нестандартный Bugatti Chiron Sport почти дотянулся до 500 км/ч — ДРАЙВ

У особой версии модели Chiron переделана вся хвостовая часть: она на 25 см длиннее стандартной. У подвески с автоматической регулировкой появился лазерный контроль клиренса, позволивший заметно его снизить.

Компания Bugatti не взялась ставить рекорд скорости для серийных суперкаров со своим Широном, вместо этого специально модифицировала купе Chiron Sport при помощи известной фирмы Dallara (в опыте также участвовал поставщик шин Michelin). Перекроенная машина с наддувным мотором W16 8.0, форсированным с 1500 до 1600 сил (как у недавно представленного купе Centodieci) на немецком полигоне Эра-Лессин развила 490,484 км/ч (304,773 мили/ч), что было зафиксировано ассоциацией технического надзора TÜV.

За рулём машины был гонщик и испытатель Энди Уоллас. Заезд состоялся месяц назад, но только сегодня в издании TopGear были опубликованы его результаты.

Совместное детище Bugatti и Даллары обошло по максималке Koenigsegg Agera RS (457,1 км/ч в одном из двух заездов в 2017-м) и даже уникальный тюнинговый образец Форда GT, показавший 483,44 км/ч в марте нынешнего года. Если принять тот единичный Ford во внимание, то нельзя согласиться с утверждением Топ Гира будто Chiron стал первым гиперкаром, взявшим 300-мильный барьер (у Форда было 300,4).

Все изменения в задней части машины были нацелены на снижение сопротивления воздуха. Именно этому фактору купе обязано высокой скоростью. Добавочные 100 сил в сравнении с простым Широном были не столь важны.

В любом случае достигнут завидный показатель, который теперь предстоит перекрыть таким купе, как Koenigsegg Jesko, Hennessey Venom F5 и SSC Tuatara. Каждый из них, по оценке создателей, должен разгоняться быстрее 300 миль/ч, но ещё не показывал этого на практике. Что до Bugatti, то опыт работы над данным уникальным Широном по идее должен пригодиться в разработке серийной версии с логичным названием Chiron Super Sport (по аналогии с предшественником Вейроном). Не случайно же на новой машине появились оранжевые акценты, как на предке. Но официально Bugatti такую версию не подтверждает.

Bugatti Chiron установил новый мировой рекорд скорости

Правильно говорят: «Никогда не говори «никогда». Bugatti неоднократно заявляла, что компании неинтересно соревноваться в достижении максимальной скорости. Однако случилось. Специально модифицированный Chiron Sport с Энди Уоллесом за рулем отправился в Германию на трассу Эра-Лессин, чтобы попробовать установить рекорд максимальной скорости. В итоге скорость в 490,484 км/ч была зафиксирована и подтверждена Germany Technical Inspection Association (TÜV), что означает, что рекорд официально установлен.

Как вы понимаете, это не обычный Chiron Sport. Bugatti создали этот автомобиль в сотрудничестве с экспертами по шасси из Dallara и производителем шин Michelin. По данным Top Gear, они работали над созданием специального автомобиля в течение последних шести месяцев и конечный результат получился весьма впечатляющим. Он на 25 сантиметров длиннее стандартного Chiron Sport и выглядит внушительно благодаря кузову с новой аэродинамикой и удлиненной задней части.

Были демонтированы задний спойлер и воздушный тормоз, чтобы освободить место в задней части, которая стала ниже, чтобы уменьшить сопротивление. Еще одним изменением является управляемая лазерными датчиками высота дорожного просвета, чтобы по возможности еще больше снизить сопротивление воздуха.

Еще есть переработанная выхлопная система с парой вертикально расположенных сдвоенных выхлопов, похожая на ту, что мы видели в прошлом месяце на Centodieci. Инженеры решили перенести выход выхлопных газов, чтобы уменьшить их влияние на сопротивление и аэродинамику, чтобы выхлопные газы выходили как можно дальше от задней части.

«Самая большая проблема заключается в том, чтобы сделать правильный автомобиль в целом. Не только дизайн, не только аэродинамику, не только двигатель и не только шины. Нужно собрать все вместе, чтобы это работало в одном автомобиле», — говорит Френк Хейл, человек с самой крутой должностью в Bugatti — глава дизайна экстерьера.

В салоне демонтировано пассажирское сидение, а на его место установлены разнообразные компьютеры и датчики. Для водителя установлен каркас безопасности и специальное сидение. Вообще, из салона в принципе изъяли все лишнее, чтобы максимально снизить вес.

Рекордная скорость обусловлена двумя факторами — аэродинамической эффективностью и мощностью — двигатель у этого Chiron Sport также довольно особенный. 8,0-литровый квад-турбовый W16 по прозвищу Тор, развивает мощность 1578 л.с. В качестве признания инженерной мысли Bugatti, стоит отметить, что коробка передач, как и система полного привода, остались стандартными.

«Bugatti вновь показала, на что способна. С новым рекордом, установленным Chiron, мы снова выходим на неизведанную территорию. Никогда ранее серийный автомобиль не разгонялся до такой скорости», — говорит Стефан Винкельманн, президент Bugatti. — «Нашей целью было стать первой компанией, достигшей волшебной отметки в 300 миль в час (482 км/ч). Теперь мы достигли этого и весьма гордимся этим.»

Посмотрите, как это произошло:

Обзор Bugatti Chiron (2020 г.) | Top Gear

Царство Veyron как самого быстрого серийного автомобиля в мире подошло к концу, и узурпатор пришел изнутри. Да, Chiron стоимостью 1,9 млн фунтов стерлингов сохраняет основные пропорции и трансмиссию Veyron, но он нов во всех мыслимых отношениях и построен так, чтобы изменить физику до предела.

Chiron — это не гибрид. В отличие от своих ближайших конкурентов — McLaren P1, LaFerrari и Porsche 918 — он полагается исключительно на ископаемое топливо. Его двигатель является развитием Veyron’s 8.0-литровый четырехцилиндровый двигатель W16, его коробка передач представляет собой усиленную версию семиступенчатого двойного сцепления Veyron, и, как и Veyron, он передает свою огромную мощность на все четыре колеса.

«Если бы мы выбрали гибрид, мы бы прибавили в весе. Мы также столкнулись бы с ограничениями по комплектации, потому что в этом автомобиле нет мест, куда можно было бы разместить дополнительные вещи, поэтому необходимо изменить стиль », — пояснил Вольфганг Дюрхаймер, генеральный директор Bugatti. «Мы резко поднимем планку с точки зрения максимальной скорости, мы резко увеличим мощность на 25 процентов, улучшим аэродинамику, лучше держит дорогу.Нам не нужен был гибрид ».

В то время как Veyron Super Sport выдавал впечатляющие 1183 л.с. и 1106 фунт-фут крутящего момента, Chiron развивает 1479 л.с. и 1180 фунт-фут. Да, и при постоянной максимальной скорости Veyron может слить свой 100-литровый топливный бак за 12 минут, Chiron может это сделать. это в 9.

Очевидно, что это игра с очень старшими числами, так что вот еще несколько. Он разгоняется от 0 до 100 миль в час менее чем за 2,5 секунды, от 0 до 124 миль в час менее чем за 6,5 и 0-186 миль в час менее чем за 13,6 секунды. Найдите минутку, чтобы дать последней понять.Это на 2,9 секунды быстрее, чем у P1, и на секунду быстрее, чем у Veyron Super Sport, с учетом того, что на скорости 186 миль в час секунда означает много свежего воздуха — 83 метра, если быть точным.

Затем есть максимальная скорость, которую Bugatti ограничил до 261 мили в час — на 3 мили в час больше, чем у Veyron Super Sport. По словам Bugatti, специально разработанные, более широкие Michelin могут выдержать больше и будут использоваться для попытки установить рекорд Chiron, который, как ожидается, превысит 270 миль в час, но ограничитель является «мерой безопасности при движении по дорогам».Euro NCAP будет в восторге.

Ключом к увеличенным запасам мощности двигателя являются четыре большие турбины, которые работают в тандеме для обеспечения максимального крутящего момента от 2000 до 6000 об / мин, что составляет 70 процентов от полного рабочего диапазона двигателя. Двухступенчатая система требует только двух турбин до 3800 об / мин, чтобы улучшить отклик дроссельной заслонки, и все четыре сверх того. Новая титановая выхлопная система помогает снизить противодавление по сравнению с Veyron и содержит два огромных каталитических конвертера — каждый в шесть раз больше, чем у Mondeo.Всего имеется шесть выходных патрубков — четыре торчат сзади и два направлены вниз, чтобы создать выдувной диффузор — технология повышения прижимной силы, проверенная, а затем запрещенная в F1.

В трансмиссии Chiron все огромные. Усовершенствованная система охлаждения наддувочного воздуха означает, что через двигатель прокачивается 60000 литров воздуха в минуту, в то время как насос охлаждающей жидкости может прокачивать 800 литров за то же время. По словам Вилли Нетушила, руководителя инженерного отдела, «управление температурой — одна из самых больших проблем».Всего под кожу Хирона забито 10 радиаторов.

С большой мощностью возникает большая потребность в больших тормозах, поэтому передние и задние диски теперь на 20 мм больше, на 2 мм толще и сделаны из карбида кремния — углерода — материала, который легче и устойчивее к выцветанию. Их зажимают восьмипоршневые суппорты спереди и шестипоршневые сзади — каждый поршень немного разного диаметра, чтобы обеспечить равномерный износ тормозов.

Шины, которые теперь на 14 процентов шире спереди и на 12 процентов шире сзади, обернуты вокруг более крупных колесных дисков — 20-дюймовые спереди и 21-дюймовые сзади — и сконструированы так, чтобы выдерживать потусторонние силы.Они должны быть такими, поскольку каждый грамм резины подвергается воздействию центробежной силы в 3800G. Увеличенное пятно контакта на дороге означает лучшее торможение, ускорение и сцепление с дорогой в сырую погоду, а в обновленной системе полного привода используются электронные дифференциалы на передней и задней осях, позволяющие точно контролировать характеристики управляемости. Подробнее об этом чуть позже…

В качестве отправной точки для самого быстрого автомобиля в мире Bugatti использует новый монокок из углеродного волокна (на изготовление каждого требуется четыре недели) с прикрепленным задним подрамником из углеродного волокна, чтобы сэкономить 8 кг по сравнению с Veyron и повысить жесткость, в то время как весь Пакет завернут в кожу из углеродного волокна.Bugatti утверждает, что жесткость на кручение теперь соответствует прототипу LMP1, а новая электрическая система рулевого управления и подвеска, прикрепленные болтами непосредственно к монококу, означают, что она должна реагировать на входные сигналы быстрее, чем имеет право автомобиль 1995 кг.

.

Наблюдайте, как Bugatti Chiron разгоняется до 0–249 миль в час

На автосалоне во Франкфурте в этом году компания Bugatti решила продемонстрировать, насколько способен его новый Chiron… разгоняться до 0–249 миль в час. Время? Скудные 42 секунды, что становится новым мировым рекордом. Вы можете посмотреть видео выше. TopGear.com догнал человека, стоящего за этой попыткой: экс-гонщика Формулы-1 и двукратного победителя Indy 500 Хуана Пабло Монтойя.

Как возникли эти новые отношения?

Г-н Дюрхаймер позвонил Роджеру [Пенске], и Роджер прислал мне сообщение, в котором говорилось, что есть кое-что классное, что, я думаю, вам следует сделать, и я подумал, что хорошо.Он сказал, что собирается отправить мне электронное письмо, но ничего мне не сказал. Итак, я прочитал электронную почту в своем автодоме на ипподроме, подошел к его офису и спросил, могу ли я это сделать? Он сказал, что да, конечно.

Вы водили машину раньше?

Нет. Прежде чем мы начали пробегать, я пошел посмотреть машину и узнать о ней. Я поехал в Mulsanne, чтобы увидеть завод, вы знаете все VIP-обслуживание. Я ездил на нем впервые, и каждый раз, когда я давил на газ, он хихикал.Это безумие, это безумие, насколько это быстро.

Насколько он быстр по сравнению с гоночными автомобилями, на которых вы ездили раньше?

Когда мы использовали ручные запуски в F1, до контроля тяги, хороший старт составлял 0–100 км / ч за 2,7 секунды, а Chiron — за 2,4 секунды. Для болидов Формулы-1 действительно хорошим был 2.3s — а это 950 л.с. и 600 кг, помните.

Какие силы вы испытали во время рекордного забега?

Мы пробежали 0-400 км / ч-0 17 раз, и самым быстрым бегом был второй, когда я только начинал к нему привыкать.Для этого условия были подходящими, потому что было теплее. В холодных условиях вы добираетесь до 300 км / ч намного быстрее, потому что воздух плотный и вы производите больше мощности, но затем от 300 км / ч до 400 км / ч у вас больше сопротивления.

Вы разгоняетесь до 300 км / ч за 13 секунд, поэтому важно то, что происходит выше, и это когда теплые условия лучше. Способ, которым он достигает 400 км / ч, действительно невероятен. В какой-то момент они сказали мне пойти и сжечь немного топлива, чтобы снизить вес, поэтому я сказал: ОК, развернулся и для развлечения проехал 420 км / ч, честно говоря, это не займет много времени.Самый быстрый, который я когда-либо был на гоночной машине, — 407 км / ч на Indy Car в то время, так что это был новый рекорд скорости для меня. Сколько людей едут со скоростью выше 400 км / ч? Спросите Льюиса Хэмилтона, это примерно 370 км / ч.

Не поймите неправильно, но могу ли я сделать то же самое, что и вы?

Да, наверное. Самым большим была бы реакция распахнутых рук на тормоза. Они не хотели, чтобы я тормозил левой ногой, пока я еще на газу. Честно говоря, когда вы нажимаете на тормоза, они настолько стабильны, что вы нажимаете на ABS.Мы использовали дорожные шины, машина, на которой мы это делали, — это точно такая же машина, которую покупают клиенты…

Были ли у вас идеальные условия?

Нет, не совсем. Наш самый быстрый пробег мы на самом деле разогнались до 402 км / ч или 403 км / ч, мы его преодолели. После этого у нас был свет, когда мы достигли отметки 400, чтобы я мог быть более точным, поэтому, если бы все было идеально, это, вероятно, было бы быстрее на секунду. Я также думаю, что если бы мы использовали мониторы скорости вращения шин вместо GPS, то это было бы еще быстрее, потому что вы бы остановились, а часы все равно пошли бы немного — GPS не успевал.

Как вы думаете, насколько быстро у Chiron есть потенциал?

Не знаю, не хочу на это отвечать. Спросите его [указывает на генерального директора Bugatti Вольфганга Дюрхаймера]. Когда вы переходите в высокоскоростной режим и разгоняетесь до 400 км / ч, он действительно стабилен, выше этого он очень стабилен, но вы замечаете ветер, вам нужно быть осторожным.

Скажем так, Veyron должен был выйти из берега на скорости около 200 км / ч, а затем потребовались целые 8 км по прямой, чтобы добраться до 431 км / ч, или немного меньше, чтобы оставить место для торможения.На Chiron я сошел с берега со скоростью 200 км / ч, и чуть больше трети пути вниз я уже был на 420 км / ч.

Было ли это опасно в какой-то момент?

Нет! У них был сшит для меня этот потрясающий гоночный костюм Bugatti с ботинками, перчатками и всем остальным, я сделал несколько пробных заездов, вернулся и сказал, зачем нам он вообще нужен? Шлема тоже не носила, привезла, но, честно говоря, не понадобилась. Неправильно, если я делаю то, что может делать клиент [где применимо], и на мне шлем и привязь.

Могут ли из Chiron сделать гоночную машину?

Я не думаю, что это входит в планы Bugatti, но если вы поместите это в текущую сетку F1 при спуске к первому углу, это будет недалеко… это правда.

Так будет ли это долгое сотрудничество между вами и Bugatti?

Надеюсь! Я надеюсь, что Bugatti пригласит меня на свой мировой рекорд с Chiron в 2018 году. В любом случае, я сохраняю дату в своем календаре.

.

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о
2019 © Все права защищены.